Мировой кризис вроде бы ослаб. Верхушка России уже бьёт в литавры по поводу того, как ей удалось столь успешно справиться с кризисом. Однако серьёзные экономисты предупреждают, что ещё ничего не закончилось, что финансовый пузырь, вогнавший мир в рецессию, опять начинает надуваться, что новая волна кризиса, возможно, ещё впереди. Как вы оцениваете обстановку? С этого вопроса началась беседа с председателем ЦК КПРФ, руководителем фракции КПРФ в Государственной Думе Геннадием Зюгановым.

– Да, действительно, в стане капитала раздаётся громкий вздох облегчения. Стряхнув с себя оцепенение, бизнес начал заниматься привычным делом – деланием денег. В том числе и наиболее приятным и эффективным способом – из воздуха. Обратите внимание на то, что цены на нефть, которые в начале кризиса упали было до 35–40 долларов за баррель, ныне поднялись до 75–80 долларов. То есть в два раза. Но ведь двукратного роста мировой экономики нет. В лучшем случае есть некоторые признаки оживления. Да и то опирающиеся лишь на рост производства в Китае и Индии. А в тех же США продолжается рост безработицы. Это означает, что Америка, пока ещё считающаяся локомотивом мировой экономики, никак не может перезапустить его, к тому же он сильно пробуксовывает. В этих условиях рост цен на нефть означает, что в мире опять начинает надуваться пузырь спекуляций.

– Надо полагать, что лидеры западного мира видят эту опасность?

– Конечно! Надо признать, что во главе ведущих западных стран стоят люди, кровно заинтересованные в сохранении мировой капиталистической системы. Поэтому они намерены извлечь уроки из минувших потрясений и не допустить новых. Для этого они отбрасывают устоявшиеся идеологические догмы и смело идут на казавшиеся немыслимыми ещё вчера шаги, дабы вывести экономику из глубокого спада. Западные лидеры готовы покуситься на святая святых капитала – прибыли владельцев концернов и высшего слоя управляющих. Еще несколько лет назад было трудно себе представить, что власти США введут должность государственного контролёра над премиями менеджеров крупнейших банков и корпораций, ограничив их полумиллионом долларов в год. А ведь недавно премиальные исчислялись миллиардами. Ещё несколько лет назад было невозможно представить себе, что в Великобритании будут изымать половину от премиальных, превышающих 25 тысяч фунтов стерлингов, или 40 тысяч долларов. Трудно было представить себе, что немецкие автостроительные магнаты станут начислять себе зарплаты и премии в определённой пропорции к зарплатам своих рабочих.

– И как это понимать? Как изменение природы капитализма?

– Конечно, никаких революционных изменений тут нет. Цель вполне прагматичная – спасти капитализм от чрезмерной алчности капиталистов. Присвоение прибавочной стоимости, то есть присвоение неоплачиваемой части труда рабочих, остаётся крае­угольным камнем нынешней экономической системы Запада. Однако опытные правящие круги Запада намерены регулировать капитал, чтобы не допустить социального взрыва. Например, в целях мобилизации средств для вывода страны из кризиса президент США Обама добивается введения дополнительного налога на банки и готовит законопроект, запрещающий банкам заниматься финансовыми спекуляциями за счёт средств клиентов или государственных органов без их согласия. За свой счёт финансовые и инвестиционные корпорации могут заниматься спекуляциями сколько хотят. Но проекты Обамы разворачивают банки к выполнению их главных функций – сбору средств для финансирования промышленности, сельского хозяйства, торговли, сферы услуг. То есть вместо безбрежной «свободы рынка» вводится государственное регулирование. Это воспринимается чуть ли не как «социалистическая ересь». На деле же это вполне прагматический подход, призванный спасти рыночную экономику.

– Но и в России Президент начал своё правление с призывов к борьбе с коррупцией.

– Однако в России этот довольно абстрактный призыв тут же и заглох. Обама же, судя по всему, настроен на конкретную борьбу с конкретными коррупционерами. В частности, на интернет-странице администрации США ныне ежедневно размещается полный список всех посетителей Белого дома. Все люди, занимавшиеся лоббизмом в пользу тех или иных банков или корпораций, отныне не принимаются на ключевые государственные должности, не включаются в качестве представителей правительства в федеральные комиссии. Но и это ещё не всё. Обама заявил, что «пора потребовать от лоббистов публично сообщать о каждом их контакте от имени их клиентов с членами правительства, сенаторами или конгрессменами». Можно ли представить себе что-либо подобное в нынешней России?

И президент США не только использует «административный ресурс» для борьбы с алчностью банкиров и коррупцией чиновничества. Он ещё и пытается переубедить своих политических соперников, привлечь их на свою сторону, создать широкий фронт поддержки своим инициативам. В этих целях он, в отличие от российской верхушки, убеждённой в своей непогрешимости и не снисходящей к равноправному диалогу с оппозицией, смело идёт на публичные дискуссии с оппонентами.

Несколько дней назад он поехал на встречу с рядом членов Республиканской партии и вступил в публичную полемику с ними по проблемам эффективной экономической стратегии. Опять-таки задаёшься вопросом: возможно ли такое в современной России?

– Возвращаясь к России, приходится констатировать, что «элита» РФ никакого желания продолжать бороться с кризисом, его последствиями и предотвращением его возможного повторения явно не проявляет?

– Это очевидно. Мы каждый день видим на телеэкране самодовольных представителей высшей власти, которые с удовольствием рассказывают, как у нас всё хорошо и как завтра будет гораздо лучше. Ни малейших признаков тревоги, которую по-прежнему испытывают их гораздо более благополучные западные коллеги, никаких новых идей по поводу преобразования экономической системы.

И уж тем более никаких попыток ограничить жадность российской олигархии. Для меня лично в этом нет ничего удивительного. В России создан особый тип капитализма, в котором нет не только минимальных признаков социальной справедливости, но и тормозов. Ограничивать алчность капитала нашим нынешним «вождям» и в голову не приходит. Это для них противоестественно.

Хотя тот набор мер, которые осуществляют ныне западные лидеры, КПРФ предлагала ещё полтора года назад, когда кризис только начинался. При этом наши предложения были основаны на анализе вполне разумных мер, принимаемых на Западе. Однако я не получил даже ответа на эти предложения. Не говоря уже о попытках осуществить их. Чтобы не быть голословным, приведу содержание письма, отправленного мной в адрес выс­шего руководства страны ещё в ноябре 2008 года.

«Правительство ФРГ приняло постановление, регулирующее порядок использования федеральной помощи в размере порядка 500 миллиардов евро, которая выделяется банкам и хозяйственным объединениям в целях борьбы с финансовым кризисом и его последствиями. Суть этого постановления сводится к тому, что на банки и хозяйствующие субъекты, которые обращаются за помощью к государству, налагается обязательство на время использования этой помощи, во-первых, не платить своему руководству зарплаты, превышающие 500 тысяч евро в год, а также бонусы, премии и другие виды вознаграждений, и, во-вторых, не выдавать дивиденды собственникам этих предприятий. В случае, если получившие государственную помощь банки работают с прибылью, эта прибыль отчисляется в пользу государства в погашение (с процентами) взятых кредитов.

Это решение продиктовано рядом причин. Прежде всего, «спасение» банков, проторговавшихся вместе с их американскими коллегами в погоне за сверхприбылями, за счёт средств налогоплательщиков – мера крайне непопулярная в Германии и в других странах, страдающих от кризиса. К тому же она действует разлагающе на бизнес-сообщество, приучая его к мысли, что за его ошибки и риски в конечном счёте всегда будет готово заплатить государство. («Как получать сверхприбыли, так самая эффективная форма для этого – частное присвоение, а как отвечать за убытки – так это дело всего гражданского общества».)

Имеется также опасение, что привлечённые возможностями получения крупных государственных средств на льготных условиях банки и предприниматели, в действительности не нуждающиеся в помощи, будут использовать ситуацию для собственного обогащения. В этом плане показательно, что, узнав о жёстких условиях предоставления помощи, ряд крупных немецких банков, в том числе «Дойче банк», тут же отказались от её получения. Если подобные ограничители вводит у себя такое благополучное государство, как Германия, то тем более следует встать на этот путь и нам. Огромные деньги, которыми располагают наши ведущие банки и так называемые естественные монополии, немереные доходы их руководства и совладельцев никак не оправдывают тех щедрых вливаний, которые они получат сейчас за государственный счёт, при этом не собираясь отказываться от своих прибылей и задействовать имеющиеся у них немалые резервы.

Поведение нашей бизнес-верхушки, не отягощённой чрезмерной заботой об интересах государства и населения (ведущего весьма скромный образ жизни), давно вызывает растущее раздражение в обществе. Нынешний порядок излишне широкого предоставления государственных средств этой бизнес-элите неизбежно будет вызывать рост недовольства, тем более что уже сейчас становится известным, что значительная часть выделяемых средств не доходит до действительно нуждающихся хозяйственных субъектов и попросту расхищается. Кстати, в США и странах ЕС принимаются срочные меры по усилению контроля за экономической и финансовой сферой, учитывая опасность роста мошенничества, растрат, финансовых афер и спекуляций. В этих целях внимание спецслужб частично переориентируется с борьбы с терроризмом и экстремизмом на экономическую тематику. Для России с её нынешним уровнем коррумпированности и криминализации бизнеса это представляется также весьма актуальным».

Вот такое письмо было направлено руководству страны ещё полтора года назад. Поэтому вряд ли кто-либо может делать вид, что мы о мерах, принятых на Западе, просто «не догадались». Нет, всё это наверху знают. Но всячески пытаются уйти от ответственности за вопиющую некомпетентность в борьбе с кризисом. У этой некомпетент­ности есть вполне определённое лицо. Именно его называли участники недавней широкомасштабной акции протеста в Калининграде, которые требовали отставки премьер-министра Владимира Путина. Проблема в том, что отношения «верхов» и «низов» всё больше напоминают отношения колонизаторов и колониальных народов. На Западе гораздо более опытные «хозяева мира» прекрасно помнят, как их колониальные империи развалились под воздействием национально-освободительных движений, и не желают повторения этого в глобальных масштабах. А вот нынешние «вожди» России пребывают в безмятежной уверенности, что мировые бури обойдут их стороной, а собственный народ будет вечно терпеть «грабиловку». Полагаю, однако, что пробуждение от «сладких снов» может оказаться весьма неприятным.